Глаз Фатимы в ящике стола

В одной из российских УК не приветствуют красные галстуки. Их носят лишь любители игры на понижение: красный на графиках – сигнал падения рынка. Зато зеленым галстукам трейдеры и управляющие здесь очень рады. Уверенность в том, что цвет аксессуара способен повлиять на котировки, – прекрасный пример суеверий, которым подвержены не только банкиры и трейдеры, но и владельцы крупных капиталов в России.

Состоятельные клиенты регулярно звонят из переговорной своему астрологу, нумерологу, тарологу, советуются, как поступить, делится наблюдениями с WEALTH Navigator независимый эксперт и частный инвестор Евгения Тюрикова. Тарологи, как правило, дают ответы на конкретные вопросы, сверяясь с картами, астрологи могут сказать, благоприятна ли сейчас фаза для ребалансировки портфеля. «Обычно клиенты прислушиваются к таким советам, и я не вижу в этом ничего плохого. Человек уверен, что поступает правильно, а это само по себе благо. Если управляющий уважает его решение, под чьим бы влиянием оно ни было принято, клиент это оценит. Я даже думаю, что неплохо бы и управляющим приглашать астролога в команду, – тем более клиенты часто спрашивают о такой услуге», – говорит г-жа Тюрикова. Кстати, сама она не считает астрологию лженаукой: «Опыт подсказывает, что смысл в этом есть: сейчас, например, идет ретроградный Меркурий, и я вижу, как все сложности и недоговоренности выходят на поверхность. В такой период действительно не стоит начинать ничего нового и большого».

Суеверия и ритуалы – это история про призрачную причинно-­следственную связь. Определенные действия или предметы связываются с конкретными результатами без каких-либо прямых и рациональных доказательств наличия этой связи. В сфере управления крупными капиталами в удачу верят сильнее, чем в других бизнесах, и это нормально, отмечает один из опрошенных WN управляющих. Но предупреждает: полагаться лишь на удачу нельзя. А после того как сделка прошла успешно, уже сложно досконально разобраться, что именно помогло: везение, профессиональный опыт или что-то еще.

Суеверия – это попытка облегчить себе поиск ответа на вопрос, как поступить правильно, рационализирует адвокат, профессор НИУ ВШЭ РФ Андрей Гольцблат. Но здесь не нужно изобретать велосипед: есть общечеловеческие ценности и нравственные ориентиры. Когда знаешь, что и зачем делаешь, исходя из анализа стратегии и задачи, «знаки» уже не так необходимы. «Я не суеверен, как и моя команда и клиенты, – говорит Гольцблат. – Считаю, что инвесторы, по крайней мере успешные, лукавят, заявляя, что верят в числа и проч. Они могут обосновать свое решение, например, тем, что встретили женщину с пустым ведром или что таролог так посоветовал, а на самом деле оно будет прагматичным, основанным на фактах и цифрах. Без прагматики бизнес не построить».

И тем не менее доля иррационального в индустрии велика. До 60% трейдеров держат на рабочем месте личные талисманы: трехлапую китайскую жабу с монетой, слона с поднятым хоботом, кристаллы или глаз Фатимы, какие-то игрушки или мелочи, значимые лично для них и ассоциируемые с удачей в финансах, подсчитали представители UBS Behavioral Finance. Собеседники WEALTH Navigator подтверждают: да, талисманы на удачу на столах и в кабинетах коллег встречаются, и нередко. Криптотрейдеры используют цифровые талисманы.

Разумный управляющий в неразумном мире

Евгения Тюрикова – об удаче, страхе и жадности

Многие богатые и сверхбогатые россияне верят в удачу, неудачу, в магию чисел и благоприятных дней. Среди моих клиентов таких немало. Вера в цифры – в лидерах: у многих инвесторов есть благоприятные и неблагоприятные дни для определенных операций. Российские хайнеты тут не слишком отличаются от азиатских. Правда, если в Азии такие дни определяет календарь, то у нас обычно советуются с астрологами.

Некоторым сложно продавать бумаги, даже когда они стабильно дешевеют, – я думаю, это вопрос боязни спугнуть удачу. Клиенты держатся за эти бумаги в надежде, что те отрастут, выискивают информацию, которая поможет им оттянуть продажу, не фиксировать эту свою «неудачу». Клиенту кажется, что так он теряет деньги, хотя с точки зрения логики продавать, чтобы зафиксировать убыток, – самый разумный выход. В среде управляющих это называется «эффект привязанности».

Часто на поступки инвестора, если мы продолжаем говорить о внеразумной компоненте рыночного поведения, влияют слухи, групповая динамика («все побежали, и я побежал») и страх упущенной выгоды. Сильна вера в горячие акции и в горячие сектора, в перечень компаний и отраслей, которые будут расти в любой ситуации. Технический и даже макроэкономический анализ не может ее поколебать.

Мир ценных бумаг не слишком рационален, взлет и падение акций происходят на эмоциях. Попытки представить его рациональным – это тоже область мифа. Кто-то верит в условное мировое правительство, в единого регулятора, чьи решения разумны и управляют рынком, даже если его замысел нам и не всегда понятен. Но это упрощение. Мы не знаем, как люди, влияющие на рынок, будут действовать, какие решения примут, – да они и сами порой не знают. Читала американское исследование о том, что судьи выносят больше оправдательных приговоров на сытый желудок, – и как такое предусмотреть?

Я не могу сказать, что наши клиенты, даже многолетние, нам полностью доверяют, скорее, доверяют нам какие-то вопросы, по которым, как им кажется, у нас есть экспертиза. Но любое финансовое решение принимается по совокупности факторов: человек советуется с нами, с астрологом, прислушивается к себе.

Если же везение вдруг кончается, негатив обрушивается на управляющего. Это не столько обидно, сколько несправедливо: если бы аналитики, портфельные управляющие, инвестиционные директора способны были предсказывать рынок до деталей, они вряд ли работали бы на клиента. С одним долларом и способностью предсказать рынок любой банкир через пару лет стал бы долларовым миллионером. Но инвесторы этого порой не учитывают, ждут от банкира ясных предсказаний будущего и определенных цифр в глубине хрустального шара. За этим лучше все же к астрологу.

Магия чисел

Авторы исследования «Влияние иррацио­нальных и суеверных убеждений на финансовые рынки» (Impact of Irrational and Superstitious Beliefs on Financial Markets) из Бизнес-­школы Копенгагена проанализировали более 100 научных публикаций, посвященных проявлениям иррационального в финансах, и выяснили, что самые распространенные суеверия – нумерологические и календарные, то есть вера в счастливые цифры, время, а также удачные и неудачные дни. Недаром многие избегают пятницы, 13‑го, для IPO и отчетностей, а некоторые брокеры не отвечают на утренние рабочие звонки до первого глотка кофе. Сборники российского фольклора предлагают россыпь денежных суеверий: деньги любят счет, но их нельзя пересчитывать после захода солнца. Не стоит свистеть в доме: «деньги высвистишь». Кошелек не следует оставлять пустым. При виде молодого месяца нужно потрясти кошелек – «чтобы прирастало», и так далее. Но чаще всего нумерологические и календарные суеверия встречаются в азиатских странах.

Там цифра 8 считается символом финансового успеха (она и созвучна слову «процветание»), а четверка – предвестница беды. По той же причине в Сингапуре нередко подписывают контракты ровно в 8:08 утра, а в Китае премии и бонусы выплачивают 8-го числа. Запуск новых фондов или открытие офисов в Поднебесной сопровождается красными конвертами с монетой, гонгами, лентами и драконами.

На поведение управляющих и их клиентов в Азии повсеместно влияет вера в зодиакальные годы – год рождения по буддийскому календарю. Этот календарь популярен в Китае, Корее, Японии и Монголии, восточно­азиатских странах. Зодиакальный год каждого конкретного человека (например, год Дракона или Лошади) повторяется каждые 12 лет и считается для него неблагоприятным. Соответственно, в эти годы финансовое поведение людей меняется.

Так, свежее исследование «Фонды и годы зодиака: суеверные или искушенные инвесторы?» (Funds and Zodiac Years: Superstitious or Sophisticated Investors?) демонстрирует, как китайские ПИФы снижают долю в «зодиакальных» акциях – акциях частных компаний, совпадающих по зодиакальному году с годом рождения председателя фонда, даже если акции растут. Капитал распределяется менее эффективно, но и риск банкротства в эти годы ниже, пишет Бельянеш Теклэй в статье «Влияние суеверий на эффективность корпоративных инвестиций: данные из Китая» (The effect of superstitious beliefs on corporate investment efficiency: evidence from China). Агрегированные шоки суеверий (например, массовая паника в несчастливую дату) могут снижать реальное потребление и инвестиции, сказываясь на ВВП и инвестиционном цикле в краткосрочной перспективе.

Управляющие, склонные к суевериям, чаще избегают риска, особенно в периоды, которые воспринимаются как «неудачные» или «энергетически неблагоприятные». В компаниях с суеверным руководством меньше рискованных M&A и IPO, меньшая доля венчурных вложений и выше доля кеша в активах (на случай «неудачного года»). Но такие фирмы и лучше переживают кризисы.

Битвы магов

Место нумерологии в тех частях света, где она не так популярна, может вполне успешно заменить астрология. В Индии вера в астрологию превратилась в индустрию с оборотом 7 млрд долларов, подсчитало недавно агентство Bloomberg. Деловые телеканалы приглашают астрологов комментировать настроения рынка, активно развиваются стартапы, предлагающие астрологические консультации. Например, платформа Astrotalk обрабатывает 5 млн платных консультаций в месяц. Есть сервисы, использующие ИИ для анализа астрологических данных и консультирования. Кто-то из них получает и венчурное финансирование: так, стартап Vaya привлек 1,5 млн долларов инвестиций в начале 2025 года. При этом все громче звучат опасения, что отрасль астрологических консультаций для финансистов растет слишком быстро. Появляется много приложений, не требующих сертификации, возникают проблемы конфиденциальности и неверные предсказания.

А была ли удача?

Случается и обратная ситуация. Авторы исследования «Восприятие риска и готовность к риску у “везунчиков” и “неудачников”» (Perception of risk and risk-taking among the lucky and the luckless) выяснили, что субъективное ощущение везения повышает склонность человека к риску. Испытуемые, которые перед финансовыми решениями переживали удачное событие (например, выигрыш в лотерею), демонстрировали более высокий уровень самоуверенности и выбирали рискованные стратегии, даже если объективная информация не изменилась. Этот эффект носит эмоционально-­переносный характер: удача в одной сфере временно усиливает оптимизм и импульсивность в другой. В контексте финансовых рынков это объясняет, почему серии удачных сделок часто приводят к переоценке собственных способностей и чрезмерной торговой активности. Люди, считающие себя «везучими» после удачного события, становятся более самоуверенными и торгуют чаще – нередко с худшим результатом. Научные работы фиксируют рост актив­ности и падение результативности у везучих инвесторов. Интересно, что бывает и наоборот: клиент одного из собеседников WEALTH Navigator, ссылаясь на собственную невезучесть, отговаривал этого управляющего принимать его деньги: мол, он и фонд запишет в неудачники.

У российских владельцев капиталов этот эффект тоже наблюдается: они порой транслируют и пролонгируют прошлые результаты, отмечает Евгения Тюрикова. Дескать, в прошлом году я действовал вот так, и это принесло мне прибыль, значит, надо продолжать. Но это нерациональное поведение: «Эйнштейн говорил: “Безумие – это делать одно и то же снова и снова, ожидая иного результата”, но делать из этой цитаты обратный вывод – что те же действия будут и дальше завершаться тем же результатом – неверно. Вчера, неделю, год назад ситуация была совсем другой, на нее влиял конкретный информационный повод или событие».

Суеверия и доверие

При всех различиях сценариев суть одинакова: приметы и суеверия помогают обрести чувство контроля и снизить тревогу, почти неизменно сопровождающую финансовые операции, как и владение капиталом в принципе. Особенно актуально это в турбулентные времена. На развитие склонности к суевериям и, шире, веру в иррациональное влияет уровень страха и неуверенности в будущем. В ситуации, когда поговорка о суме и тюрьме может внезапно обернуться реальностью, остается пойти либо в церковь, либо к астрологу, отмечает в беседе с WEALTH Navigator юрист Андрей Гольцблат.

В обществах с хрупкими институтами суеверия и вовсе становятся механизмом саморегуляции. Экономист Борис Гершман из Американского университета в Вашингтоне показал, что вера в сглаз и иные формы магического мышления возникает как ответ на неравенство и зависть. Страх перед «дурным глазом» побуждает людей избегать чрезмерной демонстрации успеха – своего рода поведенческое сдерживание, компенсирующее слабость права и общественного контроля. Там, где закон не защищает от зависти, традиция берет на себя роль морального регулятора.

Собеседники WEALTH Navigator подтверждают: распространенность суеверий в мире управления деньгами обратно пропорциональна уровню доверия между банкиром и клиентом и – шире – уровню доверия в обществе. Людям вообще и финансистам и инвесторам в частности очень тяжело ориентироваться в никогда не молк­нущем информационном шуме. В попытке защититься они порой перестают доверять кому-либо, говорит Евгения Тюрикова. Как показывают исследования, склонность к суе­вериям, как правило, снижает базовый уровень доверия в деловой среде. Суеверные люди склонны считать, что исход событий зависит не от людей и институтов, а от удачи, судьбы и кармы. В Китае управляющие фондами, придерживающиеся традиционных суеверий, реже формируют долгосрочные деловые альянсы и чаще меняют партнеров. Зато в компаниях, где топ-менеджеры разделяют общие религиозно-­суеверные воззрения, уровень внутрикорпоративного доверия выше, чем в смешанных командах. То есть суеверие может снижать общий уровень доверия в секторе, но усиливать доверие внутри «своих», пишет Asia Pacific Journal of Management.

Плацебо для психики – угроза для ВВП

Что же, кроме иллюзорного ощущения контроля над реальностью, дает при принятии решений банкирам и их состоятельным клиентам опора на факторы, не имеющие научного подтверждения и не подпада­ющие под действие формальной логики? На самом деле, немало. Суеверия, например, вера в «счастливую» ручку, снижают уровень стресса (это подтверждается исследованием ученых Сингапурского университета), повышают производительность и эффективность, в том числе в спорте и решении головоломок (исследование ученых из Кельна). Суеверные люди больше верят в себя, и даже эффект плацебо у них выражен сильнее.

Но платить за отказ от рацио – или как минимум за снижение фокуса на реальности – все равно приходится.

Мариус Михай с соавторами в 2024 году выяснил, что суеверные шоки (всплески веры в «плохие» или «хорошие» знаки) у инвесторов приводят к падению реального ВВП, снижению инвестиций и потребления: эффект аккумулируется и дает измеримый макроэкономический урон. А Дэвид Хиршлейфер (знаменитый своим исследованием о влиянии солнечного света на действия трейдеров), Хуай Чжан и Мин Цзянь в статье «Влияние суеверий на процесс принятия финансовых решений» (Superstition and Financial Decision Making) проанализировали феномен «счастливых» чисел в биржевых кодах компаний, выходящих на IPO в Китае и Гонконге. Ученые обнаружили, что акции компаний с символически «удачными» номерами размещения в среднем получают более высокую стартовую оценку, но демонстрируют слабую долгосрочную доходность.

Хунъе Го и Джессика Вактер в опубликованной в 2024 году статье «»Суеверные» инвесторы» (“Superstitious” Investors) построили формальную модель поведения инвестора, который неверно интерпретирует случайные события как предзнаменования. Такой инвестор, например, может считать, что повторяющийся рост дивидендов предвещает дальнейший рост акций, хотя статистически это не так. В результате на рынке возникает избыточная волатильность и ценовые искажения, напомина­ющие известные поведенческие аномалии. Все это значит, что вера в знаки может быть столь же мощным фактором рыночного поведения, как и когнитивные искажения вроде «ошибки выжившего» (выводы делаются лишь на основе историй успеха, а данные о неудачных случаях игнорируются) или «эффекта подтверждения» (человек склонен искать и запоминать только ту информацию, которая подтверждает его точку зрения).

Однажды в сказке

На экономическое поведение влияют и архетипические культурные коды, проще говоря, сказки. Исследование Стелиоса Михалопулоса из Университета Брауна и Мелани Мэн Сюэ из Лондонской школы экономики показало, что фольклорные мотивы – отношение к обману, риск, гендерные роли – статистически связаны с уровнем доверия, предпринимательской активностью и прозрачностью бизнеса. То, как в сказках наказывают или превозносят обманщиков, высмеивают или восхваляют осторожность, столетия спустя отражается в институциональной культуре. Если в сказках герои много и охотно соревнуются и побеждают в состязаниях, уровень толерантности к риску у жителей страны высок. Например, персонажи голландского фольклора вдвое чаще, чем герои русских сказок, преодолевают труд­ности – и Нидерланды, согласно Global Preferences Survey, наиболее толерантная к риску страна Европы, а Россия – одна из стран с максимальным избеганием риска.

Сказки напрямую влияют на финансовое поведение, подтверждает работа Константиноса Гаганиса и коллег «Фольклорные нарративы и риск резкого снижения курса акций» (Folklore Narratives and Stock Price Crash Risk). В странах, где в сказках обманщик – отрицательный герой и несет наказание, компании прозрачнее и реже сталкиваются с резкими обвалами котировок. Там менеджеры ведут себя более добросовестно и не лгут клиентам.

Более того: Игорь Асанов с коллегами из университета Марбурга в 2020 году проанализировал группы стран, в фольклоре которых совпадает представление о добре и зле (например, хитрость поощряется или, наоборот, наказывается), и выяснил, что государства с похожими сюжетами близки и по уровню экономического развития. Чем сильнее различаются сказки, тем больше разрыв в показателях.

Авторы связывают этот эффект со склонностью нашего – и не только нашего, первые эксперименты прошли на голубях еще в 1940‑е, – сознания искать порядок в случайности: инвесторы ошибочно полагают, что могут предсказать будущие дивиденды или рыночные движения, а цены акций отражают эти неверные ожидания. В реаль­ности же рынок корректирует цену в соответствии с реальными событиями, а не наоборот.