«Взгляд недели»: Никита Гришунин

Минфин почти в пять раз увеличил покупки валюты и золота: с 7 октября по 6 ноября на эти цели направят около 279 млрд рублей – по 12,7 млрд в день.

Что это решение говорит о перспективах рубля и почему владельцам крупных состояний стоит пересмотреть структуру своих активов – в новом «Взгляде недели» Никиты Гришунина, директора департамента по работе с ключевыми клиентами «Цифра брокер».

Событие недели

На этой неделе я бы выделил решение Минфина увеличить объём операций по бюджетному правилу. Впрочем, для меня оно интересно не столько с точки зрения прогноза курса, сколько как повод оценить структуру капитала в целом.

Почему это важно?

Покупки выросли вслед за дополнительными нефтегазовыми доходами. Когда доходы превышают базовый уровень, часть сверхдоходов направляется в резервы. Когда оказываются ниже – механизм работает в обратную сторону.

Это сглаживает влияние сырьевого цикла на рубль. Простая зависимость «дорогая нефть – сильный рубль» становится менее очевидной.

При этом сохраняется другой важный фактор – высокая стоимость денег. Сами по себе покупки Минфина не означают повышения ставки, но общий бюджетный импульс остаётся одним из факторов, которые Банк России учитывает при принятии решений.

Что рынок пока недооценивает?

На мой взгляд, главный вопрос не в том, сколько будет стоить доллар через месяц. Владельцу крупного капитала важнее понять, насколько его состояние зависит от рубля.

Портфель может выглядеть диверсифицированным: бизнес, недвижимость, облигации, депозиты. Но если стоимость всех этих активов и денежные потоки зависят от одной и той же внутренней экономики, диверсификация может оказаться во многом формальной.

При этом учитывать нужно не валюту номинации, а реальную чувствительность капитала к курсу. Например, российский экспортный бизнес формально может быть рублёвым активом, но фактически иметь значительную валютную экспозицию.

Какой долгосрочный тренд это отражает?

Зависимость рубля от нефтяной конъюнктуры становится менее прямой, а период дорогих денег может продлиться дольше, чем многие закладывают в оценку активов.

При высокой ставке меняется оценка бизнеса, недвижимости, длинных облигаций и проектов с большой долговой нагрузкой. Растут требования к текущей доходности, а ожидание будущего роста обходится дороже.

Какие выводы стоит сделать владельцам капитала?

Я бы не воспринимал эту новость как сигнал срочно покупать валюту.

Практический вывод – оценить капитал целиком и посчитать, какая его часть действительно зависит от рубля. Причём учитывать нужно не только финансовый портфель, но и бизнес, недвижимость, денежные потоки и будущие расходы семьи.

Если основная часть состояния зависит от одного и того же рублёвого сценария, валютную долю стоит рассматривать как способ снизить эту концентрацию, а не как ставку на рост доллара.

При этом полностью уходить из рублёвых инструментов тоже нерационально: при высокой ставке они обеспечивают существенную текущую доходность.

Поэтому главная задача сейчас – найти баланс между высокой рублёвой доходностью и защитой от чрезмерной концентрации в рубле. И проверить, выдержит ли портфель сценарий, при котором высокие ставки сохранятся дольше, чем ожидается.

Как найти этот баланс и оценить возможные сценарии, мы обсудим на форуме 15 октября в Москве.