Золото уже не факультативная альтернатива, а обязательная программа. Прямые инвестиции – новый мейнстрим. Криптовалюты для одних все еще диковинка, для других – обыденность. Рынок альтернативных инвестиций в России переживает структурную перестройку, главными драйверами которой стали смена поколений и появление новых инструментов упаковки. WEALTH Navigator спросил у экспертов, что выбирают состоятельные инвесторы в 2026 году.
Максим Быковец, директор по развитию продаж продуктов благосостояния ПСБ
Дилшод Ибрагимов, директор по развитию премиальных сервисов Т-Банка
Валентина Савенкова, директор департамента образовательных программ ИК «ВЕЛЕС Капитал»
© Фото предоставлены участниками опроса
Какие альтернативные классы активов в 2025 году выбирали ваши состоятельные клиенты?
Максим Быковец, ПСБ: «Наши клиенты довольно консервативны, поэтому в период высоких ставок по депозитам и инструментам денежного рынка, а также высокой потенциальной доходности основной объем активов состоятельных инвесторов заходил именно в классические инструменты.
Мы наблюдаем интерес со стороны состоятельных клиентов к прямым инвестициям в действующий бизнес – как партнерское участие или вхождение в проект в качестве стратегического инвестора, так и полноценный выкуп действующего бизнеса. Со стороны небольшой доли состоятельных инвесторов заметен интерес к молодым компаниям, в том числе из сферы информационных технологий или импортозамещения».
Дилшод Ибрагимов, Т-Банк: «В 2025 году ключевым альтернативным активом для состоятельных инвесторов стали золото и в целом драгоценные металлы. По нашей оценке, в 2025 году интерес к золоту вырос примерно на 40% по сравнению с 2024 годом. Это произошло на фоне геополитической напряженности, высокой волатильности рынков и роста цен на металлы – в результате именно этот сегмент стал главным бенефициаром перераспределения капитала внутри альтернативной части портфелей.
Если говорить о таких классических альтернативах, как коллекционные вина, произведения искусства или драгоценные камни, выраженного роста спроса в 2025 году мы не наблюдали. Эти сегменты оставались нишевыми и не демонстрировали сопоставимой с драгоценными металлами динамики».
Какой класс альтернативных активов недооценен инвесторами?
Максим Быковец, ПСБ: «Наибольшую потенциальную доходность на длинном горизонте (к 2030 году) могут показать фонды Pre-IPO, особенно с учетом того, что инициатива по развитию данного сегмента рынка активно поддерживается со стороны Мосбиржи».
Дилшод Ибрагимов, Т-Банк: «Недооцененным остается сегмент инвестиций в искусство. Несмотря на устойчивый мировой интерес к этому классу активов, в России он пока используется ограниченно.
Второе направление с долгосрочным потенциалом – криптовалюты. Несмотря на сохраняющиеся регуляторные ограничения и не до конца сформированную нормативную среду, интерес к этому сегменту постепенно растет».
Золото, похоже, превратилось из альтернативной инвестиции в системную составляющую обязательной части портфеля. Оно в ней навсегда?
Максим Быковец, ПСБ: «Если раньше золото составляло до 5% портфеля, то сейчас доля доходит до 10–15%. При этом предпочтение, отданное физическому золоту как средству защиты (чистое привлечение в фонды золота за 2025 год находилось на уровне 1,5% от общего объема привлечения в фонды), будет перераспределено в сторону “ценнобумажного” золота в формате БПИФов уже как инвестиционного инструмента».
Дилшод Ибрагимов, Т-Банк: «В ближайшие годы золото, скорее всего, сохранит статус обязательного элемента портфеля состоятельных инвесторов. Они используют разные формы: физические слитки и монеты, обезличенные металлические счета, биржевые инструменты и фонды на золото, а также структурные продукты с привязкой к динамике цен на драгоценные металлы.
В условиях сохраняющейся турбулентности золото выполняет сразу две функции: защитную и валютную прокси-экспозицию. Однако в более стабильной макроэкономической среде оно теоретически может вновь сместиться в категорию классической “альтернативы”. Пока же его роль в портфелях остается системной».
Валентина Савенкова, «ВЕЛЕС Капитал»: «На фоне непрекращающейся геополитической напряженности и экономических кризисов развитых стран золото перестало быть просто альтернативой. На глобальном уровне происходит “тихая революция” в портфельном инвестировании. Традиционная модель 60/40 (акции/облигации) больше не работает так, как раньше, поскольку корреляция между этими классами активов изменилась. Золото, показавшее почти 50%-ный рост в 2025 году, все чаще рассматривается не как спекулятивный актив, а как структурный компонент диверсификации. В Европе средняя доля золота в портфелях уже сравнялась с долей гособлигаций и составляет около 5,7%.
Вернется ли оно в статус классического альтернативного актива? Скорее всего, в ближайшее время нет. Изменение макроэкономической парадигмы (высокие суверенные риски, активная фискальная политика, дедолларизация резервов центробанками) предполагает, что золото останется в базовом наборе институциональных и частных портфелей надолго. Это новая реальность, где защитная функция облигаций ослабевает и золото занимает освободившуюся нишу.
Видны ли поколенческие различия в восприятии инвесторами того, что считать альтернативными классами активов?
Максим Быковец, ПСБ: «Безусловно, разница в оценке активов со стороны разных поколений присутствует. Старшее более консервативно. Для него привычно считать, что бизнес, источник основного капитала, несет определенные риски и высокую потенциальную доходность. Инвестиционный портфель направлен на сбережение заработанного капитала. Поколение Z и миллениалы более открыты к экспериментам и, в некотором смысле, имеют “спортивный” интерес попробовать новые возможности на инвестиционном рынке.
Старшее поколение действительно в качестве альтернативных инвестиций по-прежнему рассматривает недвижимость, золото. В свою очередь, более молодые инвесторы отдают предпочтение криптоактивам».
Валентина Савенкова, «ВЕЛЕС Капитал»: «Разрыв в восприятии инвестиций разными поколениями колоссальный. Для поколения родителей, чей инвестиционный опыт сформировался в эпоху высокой инфляции и краха сбережений в 1990‑х, альтернатива – это все, что выходит за рамки понятных физических активов (недвижимость, земля) или консервативных банковских инструментов. Для них и акции – альтернативные инвестиции, они с трудом перевели депозит в облигации (а самые продвинутые рискнули продать квартиру, купленную под сдачу в аренду, и разместить деньги в рентный фонд недвижимости).
Для молодых поколений (год рождения 1990+) ситуация иная. Они выросли в эпоху цифровых технологий и высокой волатильности.
Таким образом, если для старшего поколения альтернатива – это все, что не депозит, то для младшего – это то, к чему сложно получить доступ (из их юрисдикции или с их уровнем активов)».
Какие форматы «упаковки» альтернативных инвестиций сегодня наиболее востребованы у российских инвесторов?
Дилшод Ибрагимов, Т-Банк: «Если говорить о драгоценных металлах, то используются разные форматы упаковки. Это могут быть физические слитки, золотые монеты, обезличенное золото на брокерских счетах, фонды на золото или структурные продукты, отражающие динамику цен на драгоценные металлы.
В случае недвижимости речь идет либо о прямой покупке, либо о приобретении актива через фонды недвижимости.
В инвестициях в коллекционные активы, например вино или картины, используются фонды и структурные продукты. Кроме того, применяется новая форма – цифровые финансовые активы, в которые могут быть “завернуты” инвестиции, например в произведения современных российских художников.
В венчурных и непубличных инвестициях основной формат – закрытые паевые инвестиционные фонды. Также в качестве оболочки могут использоваться ЦФА».
Максим Быковец, ПСБ: «Мы видим рост интереса к ЗПИФам как к наиболее прозрачному и эффективному инструменту для вхождения в инвестиционный проект. Состоятельные клиенты используют этот инструмент для реализации совместных проектов в качестве альтернативы классическим совместным предприятиям: ЗПИФ позволяет более гибко настроить отношения с партнерами.
Личные фонды набирают популярность как инструмент управления частным капиталом состоятельных клиентов, в основном для наследственного планирования и защиты капитала, а не инвестиций.
Популярность структурных продуктов сократилась после событий 2022 года. По мере законодательных изменений может расти интерес к договорам инвестиционного товарищества».
Насколько велик потенциал цифровых финансовых активов как инструмента доступа инвесторов к альтернативным инвестициям?
Дилшод Ибрагимов, Т-Банк: «ЦФА – один из самых перспективных инструментов для доступа к альтернативным инвестициям. Это удобная и быстрая оболочка, позволяющая инвестировать в различные активы без сложных процедур листинга или выхода на классические биржевые площадки. Инвесторы воспринимают инструмент положительно: он открывает доступ к новым видам активов или позволяет по-новому структурировать вложения».
Валентина Савенкова, «ВЕЛЕС Капитал»: «Потенциал ЦФА очень высок. Рост интереса в 2025 году (с 7 до 14%) говорит о том, что инвесторы начинают присматриваться к ним. Главный драйвер развития – регуляторная определенность. Банк России в конце 2025 года утвердил новые правила, которые четко разделили ЦФА для квалифицированных и неквалифицированных инвесторов. Это первый шаг к созданию правовой базы для инструмента.
Ключевой вызов – ликвидность вторичного рынка и доверие к эмитентам. Пока сегмент остается нишевым, но регуляторные изменения 2026 года создают базу для его уверенного роста».
Максим Быковец, ПСБ: «Пока рынок ЦФА напоминает сегмент высокодоходных облигаций, только в более простой форме. ЦФА могут привести к популяризации альтернативных инвестиций».
Как вы оцениваете возможность вложений в хедж-фонды для российского инвестора?
Дилшод Ибрагимов, Т-Банк: «Доступ к международным хедж-фондам для российских инвесторов в значительной степени ограничен геополитическими и санкционными факторами. На практике интерес смещается в сторону отечественных венчурных и альтернативных фондов, прежде всего ЗПИФов, которые инвестируют в непубличные компании и стартапы с расчетом на рост стоимости к моменту выхода на IPO или стратегическую продажу.
Основные форматы доступа – закрытые ПИФы, в отдельных случаях – ЦФА как инструмент структурирования».
Максим Быковец, ПСБ: «Говоря о вариантах доступа к хедж-фондам, можно выделить ЗПИФ со всеми его преимуществами данного типа инструмента. В России сегмент хедж-фондов только начинает развиваться. Требуется тщательный анализ процесса принятия решений, системы риск-менеджмента и финансового результата, подкрепленного заключением качественного аудитора».
