Тезис о том, что классический банкинг заканчивается, больше не гипербола, а констатация факта. Вопрос в другом: что именно приходит на смену автоматизированным банковским системам в их традиционном изводе и как в новой технологической реальности жить состоятельным клиентам? Ответ – в термине «неотех». Это не модная игрушка, а полная смена архитектурной парадигмы – от закрытой банковской системы к открытой финансовой платформе, где искусственный интеллект становится не надстройкой, а ядром, считает Алексей Северов.
Алексей Северов, IT-архитектор, эксперт по цифровой трансформации
Я практически уверен: банковский ландшафт изменится радикально. Мы идем к конструкции, где будут, во‑первых, большие банки-универсалы, во‑вторых, платформы-агрегаторы и, в‑третьих, банки-«бэки», предоставляющие услуги на основе концепции «открытых финансов».
Неотех – это финансовая платформа с применением ИИ, где на единой площадке вы получаете спектр услуг, выходящих за пределы одного банка. Это направление активно развивают, например, «Финуслуги». Искусственный интеллект берет на себя массовое обслуживание, а непосредственное взаимодействие с банкиром становится премиальной услугой именно для топовых клиентов.
Как понять, что мы движемся в этот мир прямо сейчас? Вот несколько признаков, которые, что называется, можно потрогать руками.
• Финансовые маркетплейсы. Платформы, позволяющие распоряжаться деньгами без привязки к конкретному банку, например те же самые «Финуслуги».
• Открытый банкинг. Система безопасного обмена финансовыми данными между банками и сторонними финтех-компаниями через открытые API (интерфейсы программирования приложений). Клиенты ВТБ, Альфа-Банка и Т-Банка могут видеть счета в одном приложении.
• ЦФА. Объем их эмиссии в России за последние пару лет увеличился кратно.
• Цифровой рубль. Начало его массового внедрения у нас запланировано на 1 сентября 2026 года.
На фоне развития неотеха все громче звучат опасения состоятельных клиентов: «Как я доверю управление капиталом не профессионалу, которого знаю уже много лет, а какому-то рою алгоритмов, особенно в моменты рыночной турбулентности?»
Здесь начинается самое интересное. И парадоксальное. Ведь именно крупные клиенты, знакомые с алготрейдингом и торговыми роботами, лучше других понимают, что за технологиями будущее. Они годами наблюдали, как алгоритмы исполняют сделки быстрее и хладнокровнее любого человека.
Другое дело, что я не разделяю всеобщего восторга от «общих» LLM вроде ChatGPT для инвестбизнеса. А вот искусственный интеллект, специально заточенный под торговые операции, – крайне перспективное направление.
Давайте заглянем за горизонт 3–5 лет. Для клиента private banking изменится сама структура активов. Доля цифровых активов – ЦФА, цифровой рубль, стейблкойны – ощутимо возрастет. Алгоритмы возьмут на себя ребалансировку портфеля и использование «удачных моментов». Единственное, за что VIP-клиенты будут держаться дольше, – это радость общения с живым человеком. Робота в трубке они слышать не хотят.
А как быть с нефинансовыми запросами? Куда отправить ребенка учиться, в какой ресторан пойти? Это как раз зона симбиоза человека и машины. Менеджер, вооруженный ИИ, в онлайне ответит на любой вопрос, вместо того чтобы «уходить в туман» на несколько дней.
Однако было бы наивно полагать, что переход на цифровые активы пройдет гладко. Способна ли токенизация нивелировать страхи перед технологиями? Боюсь, что нет. Пока цифровые активы подвержены высокой волатильности. Те, кто ставил на биткойн выше 100 тыс. долларов, сейчас глотают валидол. ИИ – это вероятностные алгоритмы, степень неопределенности в их работе пока сохраняется. Так что скепсис во многом справедлив.
И тут мы подходим к еще более тонкому вопросу, который волнует премиум-клиентов едва ли не больше, чем доходность.
Гиперперсонализация позволяет банку знать о клиенте больше, чем тот знает о себе. Где грань между полезной заботой и вторжением в частную жизнь, которую премиум-клиенты ценят так высоко?
Это открытый вопрос до сих пор. Этические кодексы ИИ пока не высечены в камне. Ответа нет ни у кого. Мы видим, как появляются услуги по зачистке цифрового следа и даже намеренному «отравлению» дата-сетов, например хаотичной покупкой разного, чтобы алгоритм не мог манипулировать человеком. Большие деньги любят тишину. Уверен, что с развитием ИИ услуги по защите приватности станут сверхвостребованными.
Самый частый страх у банковских работников применительно к обсуждаемой теме – «технологии нас уволят». На самом деле речь идет о симбиозе человека и машины. Но есть более глубокая проблема.
В IT уже радостно заявили: джуны больше не нужны, ведь их заменит искусственный интеллект. Так что нужны только опытные сеньоры. Но позвольте: если не будет джунов, откуда же через 5–7 лет возьмутся сеньоры? Здесь то же самое. Понадобятся банковские «звезды», которые оперируют ИИ для решения задач клиента. Но следующее поколение звезд должно из кого-то вырасти.
Искусственный интеллект обучен на массиве существующих данных. Если учить LLM на данных, сгенерированных другой LLM, быстро наступает деградация – эффект «ксерокопии с ксерокопии». Изменится структура требований: понадобится умение нестандартно мыслить, придумывать идеи. Очевидно, что эти креативные задачи останутся за человеком. А их «приземлением» займется уже ИИ.
Итак, классический банкинг действительно уходит. Но на смену ему приходит не бездушный робот, а новая экосистема: платформы + ИИ + человек. И главный навык, который потребуется от лидеров финансового рынка в ближайшие пять лет, – это умение балансировать между инновациями, этикой и кадровой политикой своих цифровых решений.
