5 октября в Центре современного искусства ВИНЗАВОД состоится благотворительная фотовыставка-продажа «Всё это жизнь. Взгляд не со стороны». Ее автор, известный кардиохирург Яков Бранд, рассказал PBWM.ru, как превратить увлечение фотографией в филантропический проект, и почему невозможно облагодетельствовать российское здравоохранение.
*Как к вам пришла идея выставки-продажи ваших работ на ВИНЗАВОДе? Расскажите о ней, пожалуйста, поподробнее. Давно ли вы увлекаетесь фотографией?*
Фотографией занимаюсь давно. Причем не только я, но и многие члены нашей команды, с которыми мы вместе ездим по миру. Идея выставки пришла в голову не мне, а моим друзьям, в том числе и главному редактору журнала SPEAR’S Russia Александру Дмитриевичу Гафину. Поскольку я не профессиональный фотограф, по качеству работ не могу с ними соревноваться, только по сюжетам – снимаю места, где мало кто бывал. У меня есть свой благотворительный фонд «Золотое сердце», я являюсь членом попечительского совета «Линии жизни», поэтому мы и решили организовать выставку-продажу. Считаю, что с деньгами люди должны расставаться весело и что-то за это получать. В данном случае пусть это будут мои фотографии и альбомы.
*Какая сумма сборов с выставки позволит вам сделать вывод о том, что она прошла успешно?*
Нам требуется порядка миллиона рублей. Мы хотим достать деньги на лечение семи детей.
*Значит, речь идет об адресной помощи?*
Да, конечно. Есть фамилии, имена, точные диагнозы, адреса, номер больницы, где детей собираются оперировать. И участники выставки-продажи точно будут знать, куда пойдут деньги. К тому же во всех разосланных приглашениях есть фотографии этих детей.
*Оправдывает ли себя формат выставки-продажи по сравнению с прямыми пожертвованиями состоятельных людей?*
Это очень сложный вопрос. На самом деле мы ни копейки не потратим на мероприятие. Центр современного искусства ВИНЗАВОД бесплатно предоставляет нам условия, Ирина Меглинская – отдает площади. Профессиональная фотолаборатория Prolab вместе с Kodak, MB Print, Next Print печатают картины и альбомы. То есть у нас затрат никаких. А вот у основных спонсоров они есть. Но они все равно несопоставимы с теми суммами, которые мы собираем потом. Так происходит всегда. Любая благотворительная акция требует определенных затрат: на аппаратуру, обслуживание, печатание билетов и их продажу. Однако сборы позволяют не только покрыть расходы, но и получить в несколько раз больше денег. Уоррен Баффет показал такой пример, устроив аукцион на своей яхте. В течение целого дня он сам в качестве кока готовил еду и подавал ее приглашенным гостям. Мне кажется, в благотворительности должна быть какая-то интрига. Чтобы люди получали удовольствие от своей помощи.
*Раньше вы просто входили в попечительский совет «Линии жизни», а потом решили создать собственный фонд «Золотое сердце». Почему? Какое место благотворительность вообще занимает в вашей жизни?*
На самом деле фонд «Золотое сердце» появился еще до «Линии жизни». У меня не всегда есть время активно заниматься благотворительностью, но раз в год или два устраиваю какие-нибудь большие мероприятия. В принципе, поскольку я врач, то считаю, что занимаюсь благотворительностью каждый день, как и большинство российских медицинских работников. Участвую в проектах «Линии жизни», вхожу в попечительский совет Красного Креста. Не могу сказать, что это моя основная работа. Но стараюсь уделять ей внимание.
*А есть ли какие-то проекты в сфере благотворительности, которыми вы особенно гордитесь?*
Да. Считаю, что премия «Золотое сердце» – один из лучших моих и вообще существующих благотворительных проектов. Нам удалось собрать много денег, но поскольку использовались ресурсы главным образом друзей, спонсировавших премию, через какое-то время мне стало просто неудобно. А больше это, к сожалению, никому не оказалось нужным. Потом еще и разразился кризис… У «Линии жизни» мне нравится проект «Чья-то жизнь – уже не мелочь» по сдаче монеток на нужды детей в специальные пункты приема. Красиво и доходчиво.
*Насколько, по вашему наблюдению, сейчас состоятельные люди – бизнесмены, деятели искусства – вообще расположены тратить деньги на благотворительность?*
Трудно сказать. Многие тратятся на это независимо от того, был кризис или нет, есть деньги или нет денег. Непонятно, кто больше жертвует: бабушка, которая отдает на операцию для ребенка свои последние десять рублей, или богатый человек, который на то же самое тратит миллион. Главное – это осознание внутренней необходимости, а не красивый жест, продиктованный, как сейчас модно говорить, социальной ответственностью бизнеса. Должна присутствовать нетерпимость к ситуации «я могу помочь, но не помогаю». Не обязательно все свое состояние передать голодающим Африки, как это собирается сделать, например, Билл Гейтс. Это его история. Но если у человека есть желание заниматься благотворительностью, спасибо ему за это. Неважно, в каком объеме он это делает. Никто его не стыдит и упрекать не может. Знаете, ведь на самом деле все очень просто. Чтобы спасти ребенка, требуется операция стоимостью 5000 долларов. А поход в ресторан на одного человека в среднем в Москве стоит 100 долларов, на 10 человек – уже 1000. Пять раз сходил в ресторан с компанией, и вот тебе спасенный человечек.
*Как вы считаете, на что стоит жертвовать деньги российским миллионерам? Какая часть российской системы здравоохранения больше всего нуждается в помощи?*
Тратить частные деньги миллионеров и миллиардеров на российское здравоохранение не имеет никакого смысла. Это яма, которую не может «накормить» даже государство. А вот построить частные благотворительные клиники, как на Западе, онкологические центры или целые институты, занимающиеся изучением проблемы и бесплатно лечащие особо тяжелых и сложных больных, – можно. Стоит вкладывать деньги либо в лечение и создание клиник для тяжелобольных детей (это разорительная система), либо оказывать адресную помощь, как это делаем мы в своих фондах. Конкретным детям – конкретная помощь. Иначе эти деньги растворяются в общем потоке.
Я не хочу ничего плохого ни про кого говорить, но зачастую средства расходуются на ремонт крыльца или стен больницы, в то время как надо лечить детей. У миллионеров, конечно, своя психология. Некоторые считают, что такими вещами должно заниматься государство. Но есть и другие люди, которые серьезно помогают и детям, и инвалидам, и при этом даже не хотят «светиться» и называть своих имен.
В любом случае мы благодарны всем тем, кто помогает ребятам избавиться от заболеваний и стать счастливыми. Никто не знает, может быть, они станут новыми бетховенами, сенеками или аршавиными. Дети – это же будущее всего мира.
